oxymona (oxymona) wrote,
oxymona
oxymona

Categories:

Луксор - музей под открытым небом...






...или "Вдохни аромат Тутанхамона"

Эпиграф №1

“Направо будет песок, налево будет песок.

Ничего интересного. Но если кто-то

хочет смотреть песок, то на обратном

пути его можно будет досмотреть.”

Халид (Халед), гид

Эпиграф №2

“Не переживайте, у нашего водителя

есть все справки... Ну, гашиш и все такое...”

Мухамед, представитель JoinUp

Наверное, это было бы странно — приехать в Египет и не посмотреть на пирамиды. И это было бы вполне в моем духе. Но я последнее время вся такая внезапная и противоречивая такая вся, что могло случиться что угодно. Случился Луксор.

Дело в том, что от Хургады, в которой нам довелось отдыхать, до Луксора нашим любезным представителем туроператора Join UP! было заявлено 4 часа пути, а до Каира — целых 6. На быстром семейном совете было решено брать то, что менее болезненно в плане переезда. 4 часа в пути куда как проще пережить, чем 6. Тем более, что в первом случае встать нужно было в 4 утра, а во втором — в 2 ночи. С ребенком? О чем вы говорите! Тут без вариантов: заверните Луксор!
...Особенно, если учесть, что опыт ночного перелета с пересыпом на всевозможных стульчиках, сиденьях и креслах был еще весьма свеж в нашей памяти.

Тот факт, что 4 незабываемых часа пути в автобусе растянулись на 5,5-6 часов, мы опустим, как уже ранее озвученный. Никто в принципе от этого не пострадал. По крайней мере, по дороге туда.

Выезжали затемно. Ребенок, наученный особыми обстоятельствами нашей поездки в Египет, находил любые возможности и поводы для пересыпа. Поэтому, выезжая из Хургады в ночь и звезды, он, умостившись на сидении как можно удобнее, тут же ушел в мир грез. Лично я хотела пустыни. Египтянам не понять это наше любопытство, как не понимают всеобщего ажиотажа по морю те, кто живет около него изо дня в день всю свою жизнь. Песок скучен, пустыня — зло, там Сетх — бог пустынь и всякого такого плохого-негативного. Но я во все глаза вглядывалась в заоконный безжизненный пейзаж, пытаясь каждой клеточкой своего разума осознать и охватить это: это пустыня, самая настоящая, в которой песок и песок на сотни километров во все стороны и ни капли жизни. Это была Аравийская пустыня — северо-востояная часть Сахары. Здесь коренная порода выходила на поверхность песчаного моря причудливыми горами, сточенными ветрами и песчаными бурями. В тех местах, где у дороги росли какие-то приземистые суккулентные кустарники, можно было заметить, что не только море страдает от рук человека. Задерживаемый растительностью, вдоль дорог щедро рассыпан всякий пластиковый мусор, делая пустыню местом удручающим и полным разочарования.

4 часа песка за окном автобуса, как и анонсировал нам гид

Тем не менее, когда нам несколько раз удалось посмотреть на это место с высоты, то всякий раз это повергало нас в восторг. Ровная грань города — зеленого, живого, топорщащегося в небо пальмами, радующего глаз цветущими кустами, - и желто-красный безжизненный горизонт, наполенный песком и каменистыми скалами. Люди отвоевывают у пустыни место для себя и это так заметно, когда ты смотришь на город с высоты или когда едешь в аэропорт Хургады, оставляя за спиной зелень и погружаясь в мир песка и камня.

Мусора много, он мешал мне охватить грандиозность и величие того, что было перед глазами. Я не могла погрузиться в свои собственные ощущения и впечатления, глядя на загаженную обочину весьма приличной дороги, уводящей нас от побережья Красного моря к городу Кена, что в 70 км от Луксора.

  Наш гид представился как Хали(е)д. Почему я так и не определилась какой там у него звук между “л” и “д”? Да потому, что в арабском языке есть такие звуки, которые на уши не натянешь. Например, звук “Х-х-х-х-э!” Четко воспроизвести это может только мой кот, когда напьется воды и потом выхэкивает заглоченный с водой воздух. В небольших информационных листках, что он раздал нам по дороге, у каждого его имя было записано по-разному. У мужа — Халид, у меня — Халед. Похоже, он и сам еще до конца не определился как его зовут. Поэтому давайте здесь и сейчас мы покончим с трудностями межрасового взаимопонимания и произношения и я просто буду называть его Халид. А группу нашу — Халидушки. Даже не так: ХаLидУшьки! Примерно так назвал нас наш гид-приколист. Его манера искрометно шутить, веселиться, являя миру белоснежные ровные зубы в контраст с загорелым до черноты лицом, сбивала меня так же сильно, как сбивал мусор в пустыне. Я никак не могла настроиться на волну древнего Египта, фараонов и сфинксов.

Он дал нам поспать 4 часа самого скучного времени по пути через пустыню и развлекал разговором только последние 1,5-2 часа. А поговорить он любил. Поэтому рот его не закрывался, хотя он каким-то чудом умудрялся еще и задавать группе всякие разные наводящие вопросы. Рассказывал много: и о жизни современных египтян, и о бедуинах и их нравах, и пожаловался на своего президента и налоги... Простебался над трудным русским языком, которым, на мой взгляд, как неноситель, владел весьма даже прекрасно. Про акцент умолчу — это само собой разумеющееся.

Итак, когда народ ближе к 8-9 утра начал просыпаться, а гид активизировался и принялся болтать, я вдруг начала замечать эти странные блокпосты с небольшими домиками и вышечками циллиндрической формы (куда может поместиться 1 человечек) и полуовальными окошками, из которых торчали арабские солдатики и их автоматики. Внизу, на шлагбауме сидело как минимум по три араба-египтянина: один такой бывалый дядюшка-араб и два молоденьких мальчика по бокам. Один из мальчиков все время переспрашивал нашего водителя о чем-то. Пропускали без проблем, но таких блокпостов на пути в Кену было очень много. В городе Кена их тоже было: и блокпостов и отдельно взятых египетских солдатов с автоматами.

Территориально мы находились в южной части Египта. Мужчины в этой местности носят длинные балахоны коричневого цвета и нечто похожее на тюрбаны. Все они нагло смотрели в окна автобуса с вызовом и превосходством. Дедушки и мужчины сидели прямо на бровках тротуаров и снизу вверх смотрели в окна туристических автобусов. И при этом мне казалось, что, несмотря на то, что я выше, на меня смотрят свысока.

  Город Кена, или Кхенет — говорил наш гид (и это “хе” звучало именно так, как делает мой кот, когда срыгивате воздух “Хххххэ!”), это город достаточно бедный, но очень многолюдный. Халид озвучил цифру около 3 млн. Википедия не согласилась, выдав цифру около 230 тыс. Как оказалось, Халид — великий сказочник и неплохой стендап-комик, и его треп шел через мою голову мимо сознания. Мы с полтора часа ехали вдоль притока Нила, по берегу которого раскинулись трущобы. По крайней мере, эти домишки именно так и выглядели.

Здесь не строят крыши, говорит Халид. Здесь сверху на домах можно заметить бетонные колонны с торчащей из них арматурой. Это происходит оттого, что в Египте так принято: купил себе клочок земли, построил на нем дом в 1 этаж. Рождается сын, для него строится второй этаж, для следующего — еще этаж и так далее. По высоте домиков можно судить о том, насколько многолюдно семейство. Но вдоль притока, у самого спуска к воде, стоят одноэтажные домики порой с небом вместо крыши, без окон и с черным провалом вместо двери. Вместо электричества тут небо и солнце, белье сушится прямо тут же, у стихийной свалки на веревках. Бегает босоногая детвора. Кто постарше — возит на ослике огромные тюки сахарного тросника. Дети здесь работают с малолетства, если есть работа, разумеется.

Довелось проехать и мимо школы. Там детвора как раз высыпала на улицу. Форма у них грязно-песочного цвета — у всех. Для наших глаз выглядит странно. Никаких тебе пиджаков и брюк: какие-то куртяшки и штаны. Халид жаловался на НДС и на налог на дома. Рассказывал о том, что жених он завидный, но от бабушкиной помощи в сватовстве отказался, ибо бабуля выбирает каких-то неподходящих невест. Неудачный опыт брата показал ему, что бабуля не так хороша в сватовстве как говорит. Поэтому Халид потерял свой этаж в доме, однако уже обзавелся квартирой в Хургаде.

О фараонах Халид говорил тоже. Его рассказ, перемежаемый шутками, выглядел как сказка для детей. Для немного взрослых детей. Он тоже не давал мне сосредоточиться и обрести должный настрой. Возможно, я ожидала чего-то из разряда передач по National Geographic, с полным погружением в те времена, а получила развеселого египтянина, который о фараонах говорил как о своих добрых друзьях, шутил и скабрезничал слегка порой. Сложно быть серьезной, когда тебе все время говорят: “дедюшька Тутанхамочика нашего...”

  Первое, что мы посетили в Луксоре это был Карнаксий храм. Крупнейший храмовый комплекс, который ходить непереходить. Он посвящен главному богу Амону-Ра и его родственникам в виде жены и сына. Строился несколькими поколениями фараонов, расширялся одними, разрушался другими. Пока Халид тер про богов, халидушьки пытались фотографировать и не слушать. Дети в группе активно скучали, прятались в тени. Это вам не тут, это вам пустыня.

Я почти не фотографировала, я старалась не смотреть на это место через обьектив. Я пыталась отрешиться от назойливых разноязычных голосов других гидов и их групп, от раздражающих толп и развеселого трепа Халида чтобы осмыслить, что вот оно! То самое! Эти стены, эти статуи, эти иероглифы и есть те самые, настоящие! И не могла...


Гигантские обелиски высотой до 30 метров из цельного куска красного гранита, колонный двор с высоченными колоннами и кое-где сохранившимимся красочными рисунками на потолочных плитах, огромная статуя жука скарабея, священное озеро, полное рыбы (англоязычный гид, которого я имела удовольствие подслушать, ибо рассказывал он куда интересней и больше, поведал, что освобождать от расплодившейся рыбы озеро нужно было раз в три месяца).
  Мой муж - любитель свяческих строений, топорщащихся в небо. Это могут быть башни, или, как в Карнаке, обелиски.

Их он запечатлел во всех проекциях, но я не буду перегружать пост остроконечными постройками

Колонный двор

Они гигантские

На потолке сохранились рисунки

То самое священное озеро. Можно увидеть как много там рыбы: это не головастики, а именно рыба


  Халид лил в уши воду, едва очертив ключевые моменты в виде статуи Рамзеса II, важности картушей (табличек с именами фараонов — первых египетских паспортов), о боге плодородия Мине, у которого нет руки и ноги, зато есть явственный признак этого самого плодородия, о святилище Хатшепсут — единственной женщине-фараоне, которую потом со всех стен соскреб ее последователь Тутмос III, о ее же обелиске и еще о какой-то ерунде, от которой совсем не веяло стариной.
  Был и алтарь бога Амона-Ра, такой засаленный, что там грязи на нем было больше, чем гранита. Халид поведал, что если подержать на нем свою руку, то будет... в общем, все будет хорошо. Народ алчно кинулся прикладываться к камню. Я не удержалась и брезгливо потрогала пальчиком. Гранит погребен под слоем грязи и вряд ли принесет еще что-то кроме кишечной инфекции при несоблюдении гигиены. На дальнейшее свободное плавание по Карнакскому храму нам выделили 30 минут. Чтобы вы понимали, это вообще ни о чем. Мы ничего не успели, да еще и опоздали к встрече “у баранов-сфинксов”.

Вот к этим

Без нас, разумеется, никто не уехал, но понять и охватить разумом что такое этот Кранакский грам, побродить по всем его комнатам и закоулкам, рассмотреть иероглифы, скарабеи и статуи, осознать насколько он огромен, мы не успели.

Ребенка так вообще смотрел на все через обьектив




Святилище Хатшепсут - единственной женщины-фараона. Ее последователь Тутмос III отковырнул ее со всех стен, ибо жестко не любил.

Жарко

Зато мы тут же, с места в карьер, познакомились с таким понятем, как египетские торговцы сувенирами и их боевым кличем “адын дольар!”. Вообще, египтяне (кто бы они там ни были, арабы-арабы, арабы-египтяне, египтяне-арабы или египтяне-египтяне, как разьяснил на гид), весьма предприимчивый народ. Из всех пунктов, которые мы посетили в этой экскурсии, только четыре были историческими. А всего их было 7. Потому, что после Карнакского храма мы направились вдыхать “аромат Тутанхамона”. По сути, это была обычная презентация аромамасел местной фабрики. Да, ароматы приятные: лотос, папирус, смеси запахов и масел. Но мы что, затариваться египетскими духами сюда приехали? Нет, ну может, кто-то и да, но мы — нет.

  Самое страшное и незабываемое для меня приключение во всей этой поездке случилось сразу после “дегустации” “аромата Тутанхамончика нашего”. Чтобы попасть из Города живых на восточном берегу Нила в Город мертвых на западном, нужно пересечь Нил. Суденышко, в котором нам предстояло это водное путешествие, вообще не внушало никакого доверия. Особенно, человеку, плавающему как топор. Особенно учитывая, что в него влезла вся наша группа в размере 16-18 человек. Особенно, учитывая как оно раскачивалось, пока в него грузились люди, грозя зачерпнуть бортом воду. Особенно учитывая, как оно просело сразу же после загрузки. Основательно просело на один борт.

Да пофиг мне на нильских крокодилов, я не хочу пойти на корм нильским крабам в случае, если лодочка перевернется и потонет где-то посередине реки! Пока я прощалась с жизнью и думала за кого мне сподручнее ухватиться в случае потопления, мы пересекли Нил и причалили к западному берегу. Мальчишка Ярикового возраста, ухватил швартовный конец и споро притягивал лодку с 18 человеками внутри к берегу. Бицепсы так и вздувались на загорелых детских руках. Один из примеров детского труда в Египте. Возможно, он всю свою жизнь так и проведет здесь, на реке, пришвартовывая лодки к берегу.

Обед прошел на западном берегу для нас в обществе мух, других туристов и египетских котов. Нигде по Хургаде я больше не видела этих животных — только там, в той туристами забитой столовке с загадочными блюдами а-ля рис с макаронами. Коты Египта чем-то похожи своими мордами на турецких. Хищные вытянутые крупные носы, треугольные морды. Они молниями мелькали меж ногами туристов и ножками стульев, жадно поедая любые подачки со столов. Все худые, поджарые, с дикими глазами и не менее диким голодом. Пугливые недотроги. Сфотографировать их было почти невозможно.

Этот заглатывал куриную кость как будто ее отнимали

Колоссы Мемнона были следующим пунктом нашего нескончаемого тура по Луксору. Они ошибочно названы колоссами Мемнона и на самом деле изображают Аменхотепа III, дедушку Тутанхамона

То самое место, куда мы заехали после обеда. Я читала про эти статуи когда-то давно. Одна из них (северная и более разрушенная на фото) после землетрясения, произошедшего еще до н.э., дала трещину и стала по утрам издавать звук то ли свиста, то ли стона. Зовется она “поющей”, но “поет” только по утрам, когда “метан, попав в плотные слои атмосферы...” испарения влаги, связанные с нагреванием камня, очевидно, выходят из трещин наружу. Услышать этот свист конечно же в середине дня нельзя.
Та самая "поющая" статуя за мной


  Статуи стоят в пойме Нила и иногда во время разлива реки их осонования затапливает водой. Статуи стоят у входа в полностью разрушенный храм “дедюшьки Тутанхамончика нашего” Аменхотепа III. Но, не буду перегружать вас информацией, ибо и нас здесь ею особо не перегрузили. 5 минуток около колоссов и в дорогу к храму Хатшепсут.
Не знаю зачем он это сделал, но это единственная совместная селфяшка у колоссов (очевидно хвастался своими здоровыми зубами...)

Хатшепсут — единственная женщина-фараон, хитрая и... женщина короче говоря. И заупокойный храм отгрохала себе “нетакойкаквсе” рядом с долиной царей так, чтобы ее гробница потом соединялась коридором с алтарем храма. Ну, чтобы дух и тело имели связь после смерти.

Где-то там, за скалами, находится Долина царей


Итак, святилище сие было вырублено прямо в скалах, имело три этажа, что уже было не так, как у других фараонов. Она привезла из похода в страну Пунт сикоморы, которые росли у входа в храм. На терассах росли деревья, вдоль дороги к храму стояли сфинксы с ее головами, по сторонам располагались пруды.
Единственный уцелевший порядком отреставрированный сфинкс с лицом Хатшепсут


  Второй ярус раскрашен рассказами о жизни Хатшепсут, ее походами и достижениями. Рисунки давно поблекли и плохо выделяются на фоне стены. Нужно ломать глаза, удивляясь тому, как эти египтологи вообще разбирали нарисованное, а главное, расшифровывали написанное.
На фоне можно увидеть стену, на которой нарисованы деревья - те самые сикоморы, привезенные из Пунт. Эти рисунки были зелеными.


  Третий ярус ведет в святилище и к алтарю, к которому тоже можно прикоснуться. За алтарем — дверь в подземный переход к гробнице, расположенной с противоположной стороны скальной гряды. Святилище очень маленькое, там толпится и все время курсирует толпа туристов. Рядом стоит египтянин в балахоне и ручками показывает как надо быстро передвигаться: посмотрел и пошел себе с миром, не задерживай толпу.


В святилище очень интересные рисунки, камень гладкий

Храм был разрушен Тутмосом III, пасынком, пришедшим к власти после смерти мачехи и крепко ее не любившим. Это он, как упоминалось выше, в храме Амона-Ра соскреб ее со всех стен святилища, типа ее и не было.
"Иди сюда, хоть сфотаемся разок на фоне храма..."

Теперь о безопасности: в 1997 году здесь, в заупокойном храме Хатшепсут произошло кровавое побоище и расстрел 62 иностранных туристов, среди них и детей. Кому интересно — гугол вам в помощь. Террористические атаки происходили не только здесь, поэтому в Египте теперь с этим строго. КПП по дорогам, рамки с металлоискателями на каждом историческом обьекте, открытом для туристов. Гиды об этом не говорят ни слова. Идем через рамку, рюкзаки и сумки — отдельный рентген.

Скорая помощь у каждого обьекта со своим собственным названием типа “ambulance of Al-Deir Al-Bahari Temple” - это официальное, кстати, название заупокойного храма Хатшепсут. Все серьезно. Солнце здесь печет уже немилосердно: пустыня, горы, безветренная погода. “Белоснежки” из группы халидушек уже равномерно раскраснелись к этому времени и жаждали тенька, воды и средств от загара с SPF-50. И покоя. Поездка весьма утомительна, она занимает целый день, море впечатлений и солнечной радиации на организм. Солнце здесь очень активное, но температура воздуха еще вполне себе приемлема. Однако, все равно хочется в тень и чтобы ветерок. Не знаю, как эти древние египтяне долбили скалу на протяжении 9 лет в эту палящую знойную жару. У них свой порог жары, они в эту погоду все в черных дутиках ходили. Очевидно, им пока холодно.

Здесь вокруг скалы и в скалах виднеются черные “оконца” гробниц. Горы просто усеяны ими. Разрушенные домики расхитителей гробниц торчат из скал, как покинутые гнезда диких ос. Это так странно и так атмосферно, что здесь я вдруг наконец впустила в себя древний Египет и с головой окунулась в благоговейное чувство осознания.

Пока я переваривала свои ощущения от увиденного, мы обогнули горную гряду и прибыли к Долине царей. И тут меня накрыл восторг: вот оно! То самое место, что я видела по телеку, еще будучи ребенком! То самое, где нашли мумию Тутанхамона, где в скалах размещены гробницы фараонов, где могут все еще находиться нетронутые захоронения, которые полны несметных сокровищ и страшных проклятий!

Здесь еще жарче, но азарт слишком велик, чтобы жаловаться на палящее солнце. Там, в выдолбленной в скале гробнице, глубоко внизу и внутри горной гряды, должно быть прохладно, как под каменными глыбами в Карпатах... Должно быть. Мы так считали.
  Гробница Мернептаха, глубокая — 160 метровый коридор в скале, ведущий к погребальной камере. Здесь краски на стенах яркие, здесь воздух неожиданно душный, он не приносит с собой прохлады, будто вся скала горячая, разогретая до самой мантии. Фоторгафировать бесплатно внутри гробниц нельзя. Предприимчивые египтяне предприимчивы во всем.

“Как в киевском метро,” - шутим мы, спускаясь вниз и вглубь все дальше, переваливая по деревянному настилу над провалами, в которые даже страшно заглядывать. Сюда людям с сердечными проблемами лучше не соваться и, хоть проход неожиданно широкий и высокий, думаю, страдающим клаустрофобией тоже лучше сюда не ходить. По сторонам тоннеля — пустые ниши. Тут когда-то хранились золотые статуи. К сожалению, гробница пуста. Здесь остался только массивный каменный саркофаг и больше ничего. Немного разочаровывает. Делать в погребальной камере особо нечего. Все комнаты и ниши пусты, мумией и не пахнет. За сокровищами и мощами извольте в Каир.

Хотя я активно рассматривала все вокруг, задирая нос к высокому потолку, пытаясь рассмотреть странную черную плесень, я, черт возьми, совершенно не могу вспомнить откуда исходил свет. Я не помню электрических ламп, хотя они должны быть.

Другая гробница чем-то особенным не отличалась, была существенно меньше и не так глубока. Правил Мернептах долго, успели выдолбить глубокую. К Тутанхамончику извольте за отдельную плату, ибо слишком знаменитая гробница, хотя по сути, Тутанхамон толком и не правил — на трон взошел 8-10-леткой, умер в возрасте 19, был малоизвестным фараоном и стал популярен только благодаря своей неразграбленной гробнице, доверху набитой золотом. В третью, положенную нам билетом гробницу, мы не пошли. Батарейка у ребзи начала садиться, солнце и не думало облегчать нам задачу. Усталость уже чувствовалась во всем теле.

Дорога домой вела через мастерскую каменного дела. Здесь хитрые арабы тюкали молоточками по камешкам на улице, создавая вокруг себя непередаваемый колорит, а в кондиционированном просторном, блестящем мраморными полами, зале туристы могли выбрать себе очень дорогие сувенирчики. Предприимчивые египтяне. У нас стояла только одна цель: купить котика. Сколько мы за него отвалили лучше не упоминать.

По дороге домой через Луксор и Кену, наш гид толкал продукцию местных “крестьян”: странный кофе, который пах не так, как положено пахнуть хорошему кофе, желтый чай — панацею от всех бед, и каркаде, который лично я на дух не переношу. Еще толкались "лично для вас всего за два часа сделанные серебрянные картуши" (помним о табличках с именами фараонов — это они и есть) с лично вашими именами и прочая дребедень. По Кене ехали еще даже после захода солнца. Так странно, что в Египте по ощущениям лето, а солнце садиться, как ранней весной. Проехали все многочисленные КПП в обратном порядке, долго тянули вдоль притока Нила, разглядывая местные трущобы, лавировали меж осликов, нагруженных тросником и спали, утомленные трудным днем.

  Температура в пустыне к ночи рухнула на 10 градусов: от 24 до 14. Ночью там и правда холодно и толстовки весьма уместны. И даже более...

Та самая поездка, которая обещалась как 4-часовая, превратившаяся в 6-часовую, к вечеру вылилась в то, что в отель нас вернули к 23 часам. Ужин давно закончился, от чего едва не пострадали другие туристы. У нас в отеле для таких бедолаг есть закуток с ранним завтраком и поздним ужином, где мои мальчишки и подкрепились. Лично я так утомилась ехать и ехать сидя при полной невозможности хоть куда-то вытянуть многострадальные конечности, что решила пожертвовать ужином. Экскурсия эта котируется как самая трудная из всех и при этом, оглядываясь на ребенка, самой спокойной.

  Трудно сказать, довольна ли я ею или нет. Мне сложно было сориентироваться в самом начале и, по описанным выше причинам, я все никак не могла настроиться. Гробницы поставили все на свои места, но неизбежные полчища туристов делают впечатления замыленными и неконтрастными. Нападающие на тебя после каждого туристического памятника торговцы с выкриками "Наташа! Марына! Олга! Адын доларь! Красывая!" добавляют перцу. Малышня с детства учится торговать воздухом: срывать с клумб цветы и толкать их женщинам и девушкам, требуя "на чай". Смотреть в глаза им нельзя - это уже контакт и почти верная покупка. Смотреть на товар нельзя - это значит, что ты заинтересовалась, а значит - покупка. Говорить что-либо, даже слов "нет" нельзя - это тоже контакт и они уже не отстанут, пока не купишь. И не факт, что за "адын" доллар. Короче, хуже базара я еще не видала. А базары я люто ненавижу всей своей душой. Мне помогала отработанная годами "морда кирпичом" и фирменный взгляд хладнокровного убийцы, от которого даже наши местные украинские алкоголики разбегаются с визгом кто куда.
  Их странный арабский язык слышится как ругань. Кажется, тебя за твоей же спиной кроют трехэтажным арабским матом даже тогда, когда эти ребята просто общаются друг с другом. А некоторые выкрики откровенно похожи на "Аллах акбар!"
  Тихо предлагают гашиш. Общительны. Полиглоты.
  Оглядываясь в прошлое, я осознаю, что поставленной цели я все же от экскурсии добилась, даже несмотря на то, что Халид, по моему личному мнению, атмосферу древнего Египта своими рассказами не передал. Но у меня хорошая фантазия. А малое количество фотографий компенсируют красочные воспоминания, которые остались у каждого из нас. Это главное, а значит - все удалось как нужно.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment